Театр: игра или жизнь?

«Сыграть любовь невозможно, если ты никогда не испытывал это чувство. 

Невозможно вырастить цветок, сорвать его бутоны и заставить его пахнуть, 

как уже распустившаяся роза.
 Эльвина Урбанович, руководитель детского
театра и авторского журнала «Стрекоза»

За чашкой ароматного чая в редакции-студии детского театра и журнала «Стрекоза» мне удалось пообщаться с интереснейшей личностью – режиссёром и журналистом Эльвиной Урбанович. Говорили мы на тему театра – искусства столь загадочного, что до сих пор люди  так и не постигли секретов, которые кроются  за кулисами.

В чём  заключается разница между детским и взрослым театром?

Для начала нужно понять, в чём отличие. Театр - искусство коллективное, с большим количеством профессионалов. Начиная от художественного, музыкального, актёрского  цеха и заканчивая декорационным, костюмерным, постижёрным и монтировочным цехом. Это целый завод. Труппа состоит из артистов, которые изучали различные дисциплины в театральных институтах, а так же различные театральные системы и школы актёрской игры. То есть взрослый актёр всегда готов для творческого процесса, это – его работа. А что есть у детского театра? Один руководитель, который должен адаптировать пьесу на детей, придумать и поставить инсценировку, сам найти музыку, сам сшить костюмы и многое другое. Детские труппы всегда существовали и творили, как им бог на душу положит. И хотя при этом использовались элементы системы Станиславского, детская постановка всё равно была подражанием взрослого театра. Получалась плохая копия. И вот тогда возник вопрос: «Каким образом ребёнок должен существовать в сценическом пространстве?» Да, писались методички и рекомендации, но на практике у каждого получалось по-разному.

Эльвина Урбанович, руководитель театра-студии «Стрекоза»

А как вы сами ответили на этот вопрос?

Если бы я однажды со своим коллективом не съездила на Международный театральный фестиваль «Земля.Театр.Дети» в городе Евпатория (там находится театральный международный центр «Золотой ключик») и не увидела своими глазами, что дети могут работать не хуже профессиональных артистов, а даже лучше, я бы до сих пор не ответила на этот вопрос. А сейчас я смело могу сказать по сути. Детский театр – это когда ребёнка невозможно вытащить из контекста спектакля и на его место поставить профессионала. Когда ребёнок максимально вписан и сам творит и вытворяет на сцене в полной правде своего существования. Например, детский театр «Пиано» из Нижнего Новгорода. Ребята работают уникально. До слез трогательно, искренне и зажигательно. И никто бы их не смог заменить. Потому что каждый ребёнок индивидуален и уникален по-своему. Надо только понять, как вытащить наружу эту особенность.

То есть специфика работы со взрослым актёром и с ребёнком кардинально различается?

Естественно. Во-первых, ребёнок работает не за зарплату, а только за идею – ему должно быть интересно. Как удержать этот интерес? Более того, руководство детской организации говорит: «Нам нужны отчёты и результаты в виде готовых постановок». Это значит работать надо быстро. Каждый руководитель начинает изобретать свой велосипед, чтобы объять необъятное. Актерское мастерство вообще строится на трёх китах: Сценическая речь на первом месте, так как это работа со словом, Пластика - тело должно быть настроено, как музыкальный инструмент и Импровизация. Сами знаете, последнее – это высший пилотаж уже какого-то наработанного мастерства, совокупность всех приобретенных знаний. Набрав в прошлом году новый коллектив, я начала с конца, с импровизации. И не прогадала. Почему? Потому что вся система образования в нашей стране идет по системе натаскивания, напичкивания знаниями: педагог рассказывает или показывает как надо и потом с детьми отрабатывает до посинения предполагаемый результат. Импровизация же вытаскивает из ребёнка то, что в нём есть изначально, но глубоко спрятано.

Получается, что вы дали им полную свободу действий, и эта свобода раскрыла индивидуальные черты каждого?

Да, правильно. Я дала свободу действий в актёрском тренинге, но каждый раз в определённом направлении. Разработала упражнения (опять же не сама, это всё по жемчужинкам, по ниточкам с миру собиралось долгое время), усовершенствовала и приспособила к своим условиям, чтобы у меня сформировалась своя собственная система вытаскивания творческого начала. Ведь ребёнок не должен быть артистом, он может быть кем угодно. Но в первую очередь – Творцом.

 Дети на сцене живут ролью или для них игра становится развлечением?

Это поэтапный процесс. Сначала – развлечение, потом интересная работа, потом как рыба в воде и в конце – невероятное удовольствие. Я утверждаю, что неталантливых детей не существует. Но чтобы научить их плавать как рыба в воде, требуется время! А чтобы плавать в мире искусства – целая жизнь, и детство – это только первые попытки. Всё исходит из индивидуальности, из физических способностей, внутренней гибкости маленького человека. Я как режиссёр не буду брать пьесу Шекспира «Ромео и Джульетта» даже на молодёжную труппу, если они не в состоянии передать чувство любви. Сыграть любовь невозможно, если ты этого никогда не испытал. Это тот невскрытый файл внутри человека, который возможно и не надо открывать раньше времени. И здесь торопиться нельзя. Невозможно вырастить цветок, сорвать его бутоны и заставить его пахнуть, как уже распустившаяся роза. Но сцена – это не только игра чувств, а в первую очередь, действие от внешнего к внутреннему или от внутреннего к внешнему.

Актерский состав театра «Стрекоза»

Но ведь ребёнок не обладает этой системой. Значит, он может выдавать текст или пластику «на автомате»?

Вот в этом и вся специфика. Может «на автомате», но тогда это уже не театр! Почему говорят, что не бывает одинаково сыгранного спектакля? Он выстроен по определённым рисункам и мизансценам, может идти в профессиональном театре 30-40 раз в сезон и более. И детская постановка – тоже не разовая акция. Вот представляете, театр-студия «Стрекоза» год работала, жила этим действием, вложила все силы и таланты. Весь коллектив потратил  колоссальное количество времени. Столько слёз пролито, столько преодолений и собственных открытий произошло! Ведь надо было весь этот материал прожить, себе присвоить, всё это скомпоновать с музыкой, с видео, костюмами и декорацией. Приходилось отказываться от прогулок с друзьями, от выходных, каникул и так далее. А в финале этим детям скажут: «давайте один раз сыграем и забудем». Это несерьезно. Каждый спектакль играется  по-разному, он зреет и вырастает вместе с исполнителями, взрослеет и крепнет на глазах. И каждый раз процесс получается всё интересней и осознанней. Про профессиональных актёров и говорить нечего. Не бывает игры «на автомате».

Бывает, что зрители после какой-либо роли актёра начинают ассоциировать его именно с этим определенным образом – настолько реально он воссоздал его на сцене. А может ли такое «клеймо» повлиять на жизнь актера вне театра?

На профессионального актёра – может, на ребенка – нет. Сейчас объясню. Актёр-исполнитель вживается в роль. Если она состоялась, то зрители естественно начинают ассоциировать живого человека с персонажем. Например, Иннокентия Смоктуновского (он сыграл по роману Достоевского «Идиот» князя Мышкина). Или в кино: Шварценеггер останется для всех бессменным терминатором. Но как только софиты гаснут, и зрители расходятся, актёр  выходит из театра и выходит из роли. Если бы он домой пришел князем Мышкиным, согласитесь, это была бы патология. Или если бы Отелло, душил Дездемону каждый спектакль по-настоящему, (смеётся) так и Дездемон не хватило бы. Актёр снимает грим, идет домой, он нормальный человек. Но зрители воспринимают его как героя. Для профессиональных артистов, такое явление просто беда, особенно для тех, кто снимается в сериалах. Клеймо остаётся на очень-очень долгие годы. В пример привожу любимого Максима Аверина, который сыграл в сериале «Глухарь», и теперь он для всех только Глухарь. А на самом деле – это глубочайший артист, с огромным творческим потенциалом. Детский театр от этого защищён временем. Дети очень быстро растут, меняются. Любое «клеймо» за ними не успевает закрепиться. Много вы знаете знаменитых детей из театрального мира?

Применяют ли актёры способность менять маски в обычной жизни?

Все люди на свете без всякого актёрского мастерства меняют социальные маски. Есть книга Эрика Берна «Люди, которые играют в игры». Ведь если посмотреть со стороны, каждый человек, может быть учеником или учителем, ребёнком независимо от возраста и родителем, начальником или подчинённым. И в каждом случае его действия и поведение будут разными. Однако для профессионального актёра – это просто плохой тон. Чем меньше он играет в жизни, тем профессиональнее на сцене – это закономерность. Для ребенка состояние игры – естественное, на чём и держится любая театральная студия.

Чтобы понять театр, нужно нырнуть в него с головой. Чтобы понять актеров может потребоваться вечность. Сегодня мы раскрыли некоторые секреты, но это одна лишь из многих ступенек к тому, чтобы узнать всё, что скрывают театральные подмостки.

Анастасия ШИШКОВА